Рассказ о деревенской жизни, где за внешней простотой быта скрываются острые человеческие страсти. В случайной ночной беседе на постоялом дворе всплывает чужая исповедь и становится зеркалом для местных женщин, чьи судьбы определяют бедность, зависимость, молва и страх осуждения. Чехов тонко показывает, как любовь, ревность и желание вырваться из неволи сталкиваются с жесткими правилами среды — и как трудно сохранить достоинство, когда за тебя уже всё решили.

Ночь жаркого лета. В комнате при свечах стоит гробовая тишина: на постели лежит покойный Биаджо Мила, рядом бодрствуют его молодая жена Роза и брат умершего Эмидио. Тяжёлое ожидание до утра, случайные звуки снаружи и колеблющийся свет постепенно размывают границы приличий и самообладания.
На фоне похоронного бдения между Розой и Эмидио оживают давние воспоминания о юности и несбывшихся чувствах. Рассказ превращается в напряжённую психологическую сцену, где рядом с присутствием смерти нарастает соблазн, вина и опасная близость, способная изменить их обоих.

Роман Шарлотты Бронте «Джейн Эйр» рассказывает историю искренней и волевой девушки-сироты, которая после тяжелого детства в доме жестокой тетки и суровом приюте находит место гувернантки в таинственном поместье Торнфилд-холл. Здесь героиня сталкивается не только со строгими социальными устоями викторианской Англии, но и с глубоким чувством к загадочному хозяину дома, мистеру Рочестеру. На пути к личному счастью и независимости Джейн предстоит преодолеть мрачные семейные тайны, пройти через тяжелые моральные испытания и сделать выбор, не изменяя собственной совести и принципам.

В лондонской «Рице» знаменитая оперная дива Паула Незерков готовится к триумфальному возвращению на сцену. Её импресарио договаривается о выступлениях и принимает неожиданно выгодное приглашение в старинное поместье Растенбери, где для избранной публики собираются устроить частную постановку.
За блеском репетиций и светских церемоний постепенно проступает тревожное напряжение: у примадонны появляется странная настойчивость — петь именно «Тоску», а вокруг спектакля накапливаются странные совпадения. Музыка, амбиции, старые связи и чужие тайны сходятся в одном вечере, который обещает стать для всех участников по-настоящему незабываемым.

Иран, 1979 год. Горстка нефтяных богачей — и бескрайняя масса обнищавших, доведенных до отчаяния людей. Достаточно одной искры, чтобы вспыхнули волнения и вчерашняя роскошь обернулась кровавой расплатой… После переворота прозападный режим шаха Пехлеви падает, и страна погружается в «войну всех против всех», где не обходится без игры спецслужб великих держав, стремящихся удержать контроль над иранской нефтью. Начеку и Благородный Дом — могущественный холдинг, тесно связанный с нефтяным бизнесом. Чтобы успеть вывести из охваченной революцией страны людей и активы, тайно принадлежащая холдингу вертолетная компания готовит беспрецедентно рискованную операцию. Времени нет: взлет с этой «пороховой бочки» смертельно опасен, а успех возможен лишь при условии, что все вертолеты одновременно поднимутся со своих баз…

Роман «Ураган» (1986) завершает «Азиатскую сагу» Джеймса Клавелла. Автору порой ставят в вину сумбурность и жанровую смесь, но в проницательности ему не откажешь: рассказывая о взрывоопасном Иране конца семидесятых, он будто заглядывает на десятилетия вперед.

Иран, 1979 год. Небольшая каста нефтяных богачей — и бесчисленные толпы обнищавших, доведённых до отчаяния людей. Достаточно одной искры, чтобы вспыхнули волнения и кровью смыло тех, кто ещё вчера жил в роскоши… После переворота прозападный режим шаха Пехлеви падает, и страна проваливается в «войну всех против всех», где не обходится без участия спецслужб мировых держав, для которых иранская нефть — слишком важная ставка.

На чеку остаётся и Благородный Дом — гигантский холдинг, чьи интересы тесно связаны с добычей нефти. Чтобы успеть вывести сотрудников и спасти активы из государства, охваченного революционным хаосом, одна из компаний холдинга готовит немыслимо рискованную, по-настоящему дерзкую операцию…

Роман «Ураган» (1986) завершает «Азиатскую сагу» Джеймса Клавелла. Автору порой ставят в упрёк сумбурность и жанровую разнородность этой книги, но в проницательности ему не откажешь: рассказывая о бурных событиях Ирана конца 1970-х, он будто заглянул на десятилетия вперёд.

«Ничего хорошего от нашего посольства я не ожидаю!
Сватовство у нас идет из рук вон плохо,
И кажется, что нам не выбраться
Из Полоцка без позора…»

Текст произведения приведен в дореформенной орфографии.

Александр Радищев — русский писатель и мыслитель-революционер, которого Екатерина II называла «бунтовщиком хуже Пугачева». Автор дерзкий и принципиальный, он был арестован за «Путешествие из Петербурга в Москву» и заключен в Петропавловскую крепость. Суд вынес смертный приговор, но императрица заменила казнь лишением чинов и дворянского звания и ссылкой в сибирский острог. Эта книга — необычайно мощный просветительский трактат, оформленный как путевые очерки: здесь соседствуют точные впечатления наблюдателя и эмоциональные лирические отступления, вовлекающие читателя в сопереживание и размышление о том, что такое Россия, в чем ее благо и где начинается зло.

В издание включены самые значимые произведения А. Н. Радищева: «Житие Федора Васильевича Ушакова», «Дневник одной недели», «Бова» и другие.

Дебютный сборник ярких приключенческих рассказов Джека Лондона, открывающий читателю суровый и величественный мир Клондайка во времена золотой лихорадки. Автор повествует о тяжелых испытаниях, верности и выживании в условиях экстремального севера, где человеку приходится ежеминутно проверять на прочность свой характер и силу духа. Эта книга заложила основу фирменного стиля писателя и познакомила весь мир с его культовыми северными историями.

Содержание:
Белое безмолвие
Северная одиссея
Дочь северного сияния
Сын волка
Тысяча дюжин
Любовь к жизни
Как аргонавты в старину…
Мужество женщины
Убить человека

Мистическая повесть о том, как одна легенда из светской жизни Петербурга превращается в опасную навязчивую идею. Молодой человек, одержимый мечтой о быстром богатстве, пытается любой ценой приблизиться к тайне старой графини, вокруг которой ходят слухи о «верном» карточном секрете. На фоне балов, интриг и холодной роскоши столицы история постепенно обнажает границу между расчетом и страстью, случайностью и роком — и заставляет задуматься, какую цену человек платит за желание получить всё сразу.

«Божественная комедия» – величайшее творение Данте Алигьери, вершина поэтического и философского гения Средневековья. В грандиозном путешествии через Ад, Чистилище и Рай поэт проходит путь очищения и обретения истины, осмысляя судьбу человеческой души и законы мироздания.
Объединив религию, науку и политику, Данте создал символическую и глубоко личную поэму о человеке, его грехах, страданиях и вечном стремлении к Богу. В странствиях вместе с Вергилием и Беатриче герой встречает великих деятелей прошлого, размышляет о добре и зле, о божественной справедливости и предназначении человека – и восходит из мрака к свету.

Петербургская повесть Пушкина о столкновении величия имперского замысла и хрупкой человеческой судьбы. На фоне рождения и торжества Петербурга разворачивается история бедного чиновника Евгения, мечтающего о тихом семейном счастье. Когда на город обрушивается разрушительная стихия, привычный порядок рушится, а герой оказывается один на один с бедой и с грозным символом власти — памятником Петру I. Произведение соединяет гимн столице, драму “маленького человека” и тревожный вопрос о цене прогресса.

Классическая готическая повесть рассказывает о лондонском нотариусе Габриэле Аттерсоне, который начинает расследование пугающей связи между своим почтенным другом, доктором Джекилом, и жестоким, внушающим ужас незнакомцем по имени мистер Хайд. Шаг за шагом распутывая эту мрачную тайну, герой сталкивается с шокирующими научными экспериментами и опасной двойственностью человеческой природы. Эта захватывающая история исследует вечную тему противостояния добра и зла, скрытого внутри каждого из нас.

Вся судьба Василия Фивейского была словно подчинена жестокому и непостижимому року. Будто отмеченный неизвестным проклятием, еще с юных лет он тащил на себе тяжесть печали, недугов и утрат, и кровоточащие раны в его сердце так и не затягивались. Среди людей он оставался одинок — как планета среди других планет, — и казалось, что вокруг него неизменно висит особая, гибельная и тлетворная атмосфера, похожая на невидимое прозрачное облако…

Император Павел задремал у распахнутого окна. В послеполуденные часы, когда еда тяжело и неторопливо спорит с организмом, любые тревоги были под строжайшим запретом. Он клевал носом, устроившись в высоком кресле, сзади и по бокам отгороженном стеклянной ширмой. Павлу Петровичу снился его привычный дневной сон…

В философии Ницше Сергея Петровича сильнее всего зацепила мысль о сверхчеловеке и вообще всё, что Ницше писал о людях сильных, свободных и отважных духом. Немецкий язык Сергей Петрович знал плохо — на гимназическом уровне, поэтому перевод давался ему с большим трудом.

Дело заметно упрощал Новиков — товарищ Сергея Петровича, с которым они полтора учебных года жили в одной комнате. Новиков превосходно владел немецким, много читал и хорошо разбирался в философии…

В мистической повести «Призраки» (1864) Иван Тургенев отступает от привычного реализма и создает зыбкую фантасмагорию на границе сна и действительности. Безымянный рассказчик, изнуренный бессонными ночами, при лунном свете сталкивается с полупрозрачной женщиной-призраком по имени Эллис. Она уводит его в странные ночные полеты: вместе они поднимаются над землей, оказываясь то в разных местах Европы, то словно проваливаясь сквозь время. Перед их глазами возникают туманные видения ушедших веков — печальные, блекнущие, наполненные ощущением увядания.

Повесть пронизана гипнотическим напряжением и тревожной поэзией образов. Ночная природа, холодный свет луны и острое чувство мимолетности превращают «Призраков» в фантазию о страхе исчезновения и бесплодности попыток отыскать смысл. Кем была Эллис — «привидение, скитающаяся душа, злой дух, сильфида, вампир, наконец»? Ответ так и не дается, и эта загадка еще долго не отпускает читателя.

Современники Федора Михайловича Достоевского воспринимали его творчество по-разному: одни восхищались тем, как достоверно он умел показать жизнь самых разных людей — от уличного бедняка до высокопоставленного «его превосходительства», другие упрекали его прозу в излишней вычурности и манерности. Но при всех разногласиях его выдающийся дар признавали тогда — и признают сегодня. Перед вами одно из ранних произведений великого писателя.

Главная героиня романа Ф.М. Достоевского — Неточка — появляется на свет в нищей семье. Отец умирает, когда она еще совсем мала, и мать выходит замуж снова. Отчим, воображавший себя одаренным музыкантом, часто прикладывался к бутылке и жил мечтами о другой, «лучшей» судьбе. Так складывается, что к десяти годам Неточка остается полной сиротой. Достоевский тонко и психологически точно прослеживает ее путь от детских лет до взросления: внутренние конфликты, перемены характера, надежды, мечты и настойчивое стремление к счастью.

В усадьбу добродушного полковника Ростанева приезжает его племянник-рассказчик и попадает в царство абсурда, где всем безраздельно заправляет лицемерный приживал Фома Фомич Опискин. Под маской благочестия и рафинированной чувствительности он превратил жизнь домочадцев в фарс, и теперь столкновение кроткого дяди с домашним тираном грозит взорвать весь дом.

Повесть Ивана Шмелёва «Богомолье» – это тёплое, пронизанное светом воспоминание о том, как маленький Ваня вместе со старым плотником Горкиным и другими паломниками отправляется из Москвы в Троице-Сергиеву лавру. Дорога к преподобному Сергию превращается в целую вселенную, где глазами ребёнка открывается широта русской души, красота природы, вековые обычаи и живая народная вера.

Цикл стихотворений Александра Блока, созданный в период с 1904 по 1908 год.

У частного поверенного Зельтерского поздним вечером засиделся навязчивый сосед — отставной полковник, который бесконечно рассказывает одно и то же и не понимает никаких намёков. Хозяин пробует вежливо и хитро избавиться от гостя: жалуется на болезни, заводит разговоры о режиме, даже пытается утомить его чтением собственного романа — но всё без толку. В отчаянии Зельтерский находит неожиданный, практичный способ наконец-то прервать визит.