В губернском городе после смерти многолетнего регента архиерейского хора начинается борьба за его место. Один из певчих, неожиданно взявший на себя руководство, привыкает к власти и надеется закрепиться в должности, но из Петербурга присылают молодого профессионального регента. В хоре нарастает напряжение: амбиции, зависть, закулисные разговоры и попытки склонить других на свою сторону превращают обычные спевки в опасную игру, где на кону — репутация, карьера и будущее каждого.

Иван Алексеевич Бунин — первый русский литератор, получивший Нобелевскую премию. Его неповторимая манера — несколькими точными фразами создавать живые характеры и объемно показывать происходящее, придавая речи почти волшебную, тонко звучащую музыкальность. Любовь в его текстах предстает всепоглощающей стихией: она нередко обнажает скрытые, мрачные глубины души и становится силой, перед которой человек оказывается бессилен.

Жили-были два соседа. Один был непреклонный оптимист, воспринимавший все жизненные невзгоды с улыбкой. Второй же – яростный завистник, которого бесконечно раздражало всегдашнее прекрасное настроение первого. Настолько, что он решился на крайние меры…

Максим Горький: «Женщина иногда может влюбиться в собственного мужа»
Музыкальное сопровождение для аудиокниги «Васса Железнова» М. Горького — коммерческий трек, сгенерированный в платной версии нейросети SUNO.

Автобиографическая детская повесть Алексея Николаевича Толстого «Детство Никиты» (также известная как «Повесть о многих превосходных вещах»), созданная в 1920 году для французского детского журнала, последовательно рассказывает об одном годе из жизни мальчика — накануне его поступления в школу.

Слияние с миром природы и чувство своей неразрывной связи с ним рождают в душе ребёнка постоянное предчувствие радости. Никита старается увидеть в обыденном поэзию и преобразить действительность, представляя её такой, какой она открывается ему в мечтах.

События разворачиваются в уездном городе. Первая сцена — в квартире актрисы Негиной: слева от действующих лиц — окно; в глубине, в углу, — дверь в переднюю; справа — перегородка с дверью в соседнюю комнату; у окна стоит стол, на нём лежат несколько книг и тетрадей; обстановка скромная, бедная…

Перед вами издание из серии «Классика в школе», где собраны все тексты, предусмотренные школьной программой для начальных, средних и старших классов. Вам не придется тратить время на поиски нужных произведений: в этих книгах есть всё, что требуется прочитать — и для уроков, и для внеклассного чтения. Помогите ребенку избежать долгих поисков, пропущенных заданий и невыполненных домашних работ.

В сборник вошли стихотворения и поэмы Н. А. Некрасова, которые проходят в начальной школе, а также в 5–10-х классах.

Ихарев появляется в сопровождении трактирного слуги Алексея и своего слуги Гаврюшки.
Алексей. Прошу-с, прошу! Вот-с комнатка! Тихая-претихая, никакого шуму.
Ихарев. Шуму нет — это хорошо, да, поди, конницы тут хватает, лошадей, скакунов?..

Мотивы тоски существования и гнетущей действительности, часто и пронзительно звучащие в повестях Чехова, оттеняют остроту и сложность переживаний их героев. Тонкий психолог и мастер подтекста, А. П. Чехов обнажает самые потаенные области сознания, создавая не спектакль персонажей-марионеток, но драматургию человеческих душ.
В жутких условиях провинциальной больницы в шестой палате обитают пятеро душевнобольных; их врач — апатичный доктор Рагин — не видит никакого смысла в лечении обречённых и предпочитает работе чтение книг. Увлёкшись спорами с одним из пациентов, доктор начинает производить на коллег впечатление сумасшедшего и вскоре сам попадает в палату № 6. Чехов, незадолго до написания повести побывавший на Сахалине в роли журналиста, использует проверенную временем очерковую манеру, чтобы описать постепенное сползание в безумие. Возможно, вместе с тем он показывает читателю, насколько удобно объяснить безумием непонятное чужое поведение: точка зрения Рагина близка к позиции повествователя, и это создаёт в повести напряжение, которое в финале приводит к взрыву насилия. Лесков называл «Палату № 6» изображением России в миниатюре; Ленин, прочитав повесть, пережил приступ ужаса. При этом сам Чехов поначалу не относился к своей повести всерьёз и опасался, что она скучна.

Провокационные и беспощадно откровенные тексты де Сада ставили ребром вопросы морали и личной свободы.
Откровенная эротика служила скорее приманкой, удерживающей внимание читателя, тогда как подлинная сущность автора — желчный сатирик и парадоксальный мыслитель — оказалась надолго скрыта за ореолом скандала. Де Сада не раз арестовывали и отправляли в заключение за его убеждения и поступки, что лишь укрепляло репутацию эпатажного нарушителя спокойствия.

Шум вокруг его дерзких взглядов и жестких выпадов против «холодных и скучных моралистов» часто заслонял достоинства его прозы. Однако в коротких, по-настоящему забавных рассказах, вошедших в это издание, на первый план выходят другое: изящный стиль, тонкий юмор и яркие, искрящиеся афоризмы.

За свои убеждения маркиз провел свыше тридцати лет в тюрьмах и лечебницах; его книги запрещали и уничтожали, а некоторые тексты увидели свет лишь спустя более века после его смерти. Так и «Занимательные истории» были впервые опубликованы только в 1926 году — и с тех пор заслуженно заняли место среди выдающихся образцов французской литературы XVIII века.

Новеллы Стефана Цвейга — признанная классика европейского психологического реализма начала XX века.

Их переносили на экран мастера европейского и американского кино эпохи его «золотого века»: Роберт Ланд и Макс Офюльс, Этьен Перье и Роберт Сьодмак.

На этих историях выросли многие поколения читателей в Европе и России.

И сегодня каждая новелла продолжает действовать безотказно: восхищает и раздражает, провоцирует спор с автором и персонажами, заставляет то сочувствовать им, то отвергать, то осуждать, то находить оправдание.

Причина этой вечной актуальности проста: Цвейг снова и снова пишет о страсти — неуправляемой, исступленной, порой болезненной. О любви и одержимости — к мужчине или женщине, к родным или книгам, к деньгам или игре, к риску и приключениям или к власти над другими.

Есть чувства и желания, которые не стареют. И Цвейг умел говорить о них так, как мало кто другой…

Замечательный забытый рассказ о маленьком осиротевшем пастушонке, не расстававшемся со своей дудкой.

За молодой служанкой Розой настойчиво ухаживает работник фермы Жан. Он обещает жениться на ней, и наивная девушка проводит с ним ночь. Но на следующее утро Жан исчезает….

Готическая новелла, повествующая о школьном учителе, который сталкивается с мистическим Всадником без головы. Действие разворачивается в старой голландской деревне, полной суеверий. История сочетает иронию, фольклор и атмосферу ужаса, став классикой американской литературы.

«Волны» — пожалуй, самый экспериментальный и поэтичный роман Вирджинии Вулф.
Это история жизни шестерых друзей — Бернарда, Сьюзан, Роды, Невилла, Джинни и Луиса. Книга построена как череда внутренних монологов, которые охватывают период от их раннего детства до глубокой старости.

«Действие в губернском городе, в доме Мурзавецкой. Зала, меблированная по-старинному; с правой стороны (от зрителей) три окна, в простенках узкие длинные зеркала с подзеркальниками. У первого окна, ближе к авансцене, высокое кресло и столик, на нем раскрытая старинная книга и колокольчик; в глубине, в правом углу, двустворчатая дверь в большую переднюю; в левом – дверь в комнату Мурзавецкого; между дверями печь; на левой стороне, в углу, дверь в коридор, ведущий во внутренние комнаты; ближе к авансцене двери в гостиную; между дверями придвинут к стене большой обеденный стол…»

Одна из самых прославленных книг XX века.
Книга, в которой реализм традиционной для южной прозы «семейной драмы» обрамляет бесконечные стилистически новаторские находки автора, наиболее важная из которых – практически впервые со времен «Короля Лира» Шекспира использованный в англоязычной литературе прием «потока сознания».
В сущности, на чисто сюжетном уровне драма преступления и инцеста, страсти и искупления, на основе которой строится «Звук и ярость», характерна для канонической «южной готики». Однако гений Фолкнера превращает ее в уникальное произведение, расширяющее границы литературной допустимости.

В бедной великорусской деревушке жил пожилой, уже шестидесятилетний священник — отец Иван Богоявленский. Никто не смог бы толком рассказать, с чего началась его судьба, каким было его детство и юность: сам он за давностью лет почти всё утратил в памяти, а жена, дети, родные и знакомые попросту этого не знали. Поэтому складывалось впечатление, будто у его жизни вовсе не было начала — и, возможно, не будет конца. Его существование напоминало длинный коридор с множеством наглухо закрытых дверей: впереди что-то распахивается, а позади — захлопывается и навсегда тонет в тишине…

«Рославлев, или Русские в 1812 году» (1831) — это один из первых и самых популярных русских исторических романов, написанный Михаилом Загоскиным.

Действие разворачивается на фоне Отечественной войны 1812 года. В центре повествования — молодой офицер Владимир Рославлев, его идеалы, патриотизм и личная драма. Роман мастерски передает дух эпохи: от блеска светских салонов Москвы до тягот партизанской войны и масштабных сражений.

И когда на земле, в городе Здесевске, человек по имени Иван Иванович наладил наконец-то свой быт в семейном содружестве с Наденькой, где-то в ином мире Крылатый, ангел-хранитель, засвидетельствовал смерть еще одной души.

Захватывающая повесть об умной и ловкой самке койота, выросшей в неволе. Несмотря на плохое содержание, зверёк выжил, окреп и хорошо изучил человеческие повадки.

Впечатляюще кинематографичное описание природы!В этот сборник вошли повести, написанные Чеховым в плодотворный и во многом переломный для его творчества период 1880—1890-х гг. В них молодой писатель, уже лишившийся юношеского оптимизма, а впоследствии достигший спокойной и ироничной умудренности зрелых лет, открыл для себя тему, которая стала для него главной, – тему русской интеллигенции. Любовь и профессиональная деятельность, отношения с людьми, родительские чувства и попытки обрести смысл существования – все это для героев его повестей становится поводом для сложного и беспощадного самоанализа

Над озером Увек опускался весенний вечер. Скиты тянулись по правому, крутому берегу, прячась в полумраке старого бора, от которого по земле расползались длинные тени. В низинах и по оврагам еще держался рыхлый, потемневший снег, а на солнечных местах уже проступала черная земля и торчала прошлогодняя сухая, выцветшая трава. Разбитая, почерневшая дорога вела к скитам от большого селения, раскинувшегося на низком берегу озера примерно в пяти верстах. Селение называлось так же — Увек, как и само озеро…