Вся судьба Василия Фивейского была словно подчинена жестокому и непостижимому року. Будто отмеченный неизвестным проклятием, еще с юных лет он тащил на себе тяжесть печали, недугов и утрат, и кровоточащие раны в его сердце так и не затягивались. Среди людей он оставался одинок — как планета среди других планет, — и казалось, что вокруг него неизменно висит особая, гибельная и тлетворная атмосфера, похожая на невидимое прозрачное облако…

В философии Ницше Сергея Петровича сильнее всего зацепила мысль о сверхчеловеке и вообще всё, что Ницше писал о людях сильных, свободных и отважных духом. Немецкий язык Сергей Петрович знал плохо — на гимназическом уровне, поэтому перевод давался ему с большим трудом.

Дело заметно упрощал Новиков — товарищ Сергея Петровича, с которым они полтора учебных года жили в одной комнате. Новиков превосходно владел немецким, много читал и хорошо разбирался в философии…

Над всей судьбой Василия Фивейского висела жестокая и непостижимая предопределенность. Будто отмеченный неизвестным проклятием, с юных лет он тащил на себе тяжкий груз скорби, недугов и утрат, и кровавые раны в его сердце так и не затягивались. Среди людей он оставался один, как одинокая планета среди других, и его, казалось, окружал особый — губящий и разлагающий — воздух, подобный невидимому прозрачному облаку…

В философии Ницше Сергея Петровича сильнее всего зацепила мысль о сверхчеловеке и всё, что Ницше писал о людях сильных, свободных и смелых духом. Немецкий язык Сергей Петрович знал слабо — на гимназическом уровне, поэтому чтение и перевод давались ему тяжело. Существенно помогал Новиков — его товарищ, с которым они полтора учебных года жили в одной комнате: он отлично владел немецким и был хорошо знаком с философией…

В этот сборник включены две повести, проводящие читателя по самым мрачным и тревожным коридорам человеческой психики. «Бездна» поначалу выглядит как обычная вечерняя прогулка влюблённого студента и его спутницы, однако случайная встреча с компанией бродяг внезапно срывает покров приличий и выпускает наружу древнюю, животную тьму, скрытую под хрупкой оболочкой цивилизации. «Мысль» делает читателя свидетелем дьявольски изощрённого опыта доктора Керженцева: он идёт на убийство и пытается уйти от наказания, изображая перед следователями безумие, — пока сам не перестаёт понимать, где проходит граница между притворством и реальностью.

«На площади возвышалась громадная черная башня — с массивными крепостными стенами и редкими узкими окнами-бойницами. Когда-то ее выстроили для себя рыцари-разбойники, но они давно исчезли, и башня стала наполовину тюрьмой для опасных и важных преступников, наполовину — жилым местом. С каждым столетием к ней добавляли новые постройки, пристраивая их к толстой стене и друг к другу; так, шаг за шагом, она превратилась в целый городок на скале — с беспорядочным лесом труб, башенок и острых крыш. И когда на западе зеленовато светлело небо, а в окнах то высоко, то низко вспыхивали огоньки, черная громада принимала странные, фантастические очертания, и почему-то казалось, будто у ее подножия не обычная мостовая, а море — соленый, безбрежный океан…»

«Когда окончательно выяснилось, что Егор Тимофеевич Померанцев, столоначальник губернского присутствия, действительно сошел с ума, его дальние родственники собрали между собою и у богатых людей денег и отдали его в частную психиатрическую лечебницу. Хотя до полной пенсии оставалось еще около десяти лет, начальство, снисходя к его болезни и двадцатипятилетней беспорочной службе, назначило ему пенсию, и таким образом он оказался хорошо устроенным до самой смерти, так как на излечение почти никаких надежд не было. В начале болезни Егора Тимофеевича жена его, – с которой он уже не жил лет пятнадцать, обнаружила притязание на пенсию и присылала адвоката, но ее удалось отстранить, и деньги остались за больным…»

«В цирке.
На подмостках — просторное, почти гигантское, чуть запущенное помещение с оштукатуренными стенами. В левой стене, в арочной нише, — единственное окно, выходящее во двор; свет оттуда тусклый и слабый, поэтому даже днем приходится включать электричество. На стене напротив рампы, под самым потолком, тянется ряд маленьких окон с пыльными стеклами: они смотрят куда-то внутрь цирка и по вечерам, во время представления, ярко сияют, а днем остаются темными. В той же стене, над двумя каменными ступенями, — большая дверь, плотно заколоченная и выбеленная меловой краской. В правой стене, почти у угла, — высокая широкая филенчатая дверь с округлым верхом; она ведет в конюшни и на арену: днем за ней сумрачно, вечером — едва освещено…»

Одна из самых пронзительных историй Леонида Андреева о бездомной собаке, чьё сердце ожесточилось из-за человеческого равнодушия и жестокости.

«Сегодня исполняется ровно десять дней с тех пор, как Я стал человеком и живу на земле.
Мое одиночество безмерно. Друзья Мне не нужны, но Мне необходимо говорить о себе, а говорить не с кем. Одних мыслей мало: пока Я не облеку их в слова, они остаются не до конца ясными, четкими и точными. Их нужно выстроить в строй, как солдат или столбы вдоль линии, протянуть, как железную дорогу, навести мосты и виадуки, возвести насыпи и повороты, отметить нужные остановки — и только тогда все проясняется. Этот тяжелый, почти каторжный инженерный труд у них, кажется, зовется логикой и последовательностью и обязателен для тех, кто хочет считаться умным; всем прочим он не нужен, и они могут блуждать, как им вздумается…»

Русская готика… Этим словосочетанием принято называть произведения писателей XIX — начала XX веков, повествующие об ужасах и сверхъестественном. Многие авторы обращались к мистике в своём творчестве, в том числе и виднейшие фигуры литературного процесса. Написать историю о необъяснимом не считалось чем-то зазорным. Поэтому появились и «Страшное гадание», и «Пиковая дама», и «Вий». С течением времени русская «страшная» и мистическая проза видоизменялась, трансформировалась, в какой-то период времени практически совсем сойдя на нет. От «золотого» к «серебряному» веку русской литературы она жила и развивалась, чтобы достичь апогея в начале XX века.

Антология «Нечестивое собрание» представляет разнообразие русской готики на протяжении целого века. От Осипа Сенковского через Ивана Тургенева и Алексея Толстого к Валерию Брюсову, Леониду Андрееву и Александру Грину.
Содержание01 Сергей МИНСЛОВ — Чернокнижник
02 Николай ГУМИЛЁВ — Путешествие в страну эфира
03 Валерий БРЮСОВ — В зеркале
04 Федор СОЛОГУБ — Смерть по объявлению
05 Леонид АНДРЕЕВ — Молчание
06 Антон ЧЕХОВ — Черный монах
07 Михаил АРЦЫБАШЕВ — Злодеи

Русская готика… Этим словосочетанием принято называть произведения писателей XIX — начала XX веков, повествующие об ужасах и сверхъестественном. Многие авторы обращались к мистике в своём творчестве, в том числе и виднейшие фигуры литературного процесса. Написать историю о необъяснимом не считалось чем-то зазорным. Поэтому появились и «Страшное гадание», и «Пиковая дама», и «Вий». С течением времени русская «страшная» и мистическая проза видоизменялась, трансформировалась, в какой-то период времени практически совсем сойдя на нет. От «золотого» к «серебряному» веку русской литературы она жила и развивалась, чтобы достичь апогея в начале XX века.

Антология «Нечестивое собрание» представляет разнообразие русской готики на протяжении целого века. От Осипа Сенковского через Ивана Тургенева и Алексея Толстого к Валерию Брюсову, Леониду Андрееву и Александру Грину.

Содержание01. Антон ЧЕХОВ – Страхи
02. Леонид АНДРЕЕВ — Набат
03. Федор СОЛОГУБ — Дама в узлах
04. Николай ГУМИЛЁВ — Чёрный Дик
05. Александр ГРИН — Убийства в Кунст-Фише
06. Федор СОЛОГУБ — Красногубая гостья
07. Леонид АНДРЕЕВ — Бездна
08. Николай КАРАМЗИН — Остров Борнгольм

Поскольку министр был человеком грузным и с риском апоплексического удара, ему сообщили о грозящей опасности максимально осторожно, стараясь не вызвать лишнего волнения. Однако новость о готовящемся покушении он воспринял на удивление хладнокровно — даже с улыбкой. Тогда ему изложили детали: нападение намечено на следующее утро, когда он поедет с докладом. Несколько террористов, уже разоблачённых провокатором и находящихся под постоянным наблюдением полиции, должны к часу дня собраться у подъезда с бомбами и револьверами и ждать его выхода — чтобы в этот момент их сразу задержали…

«Рассказ о семи повешенных» — повесть Леонида Николаевича Андреева, описывающая последние дни людей, приговорённых к смертной казни через повешение. Произведение было написано в 1908 году; тогда же впервые опубликовано в пятой книге альманаха «Шиповника»

В бедной великорусской деревушке жил пожилой, уже шестидесятилетний священник — отец Иван Богоявленский. Никто не смог бы толком рассказать, с чего началась его судьба, каким было его детство и юность: сам он за давностью лет почти всё утратил в памяти, а жена, дети, родные и знакомые попросту этого не знали. Поэтому складывалось впечатление, будто у его жизни вовсе не было начала — и, возможно, не будет конца. Его существование напоминало длинный коридор с множеством наглухо закрытых дверей: впереди что-то распахивается, а позади — захлопывается и навсегда тонет в тишине…

Пасха, или Светлое Христово Воскресение, — центральный христианский праздник, который празднуют во всем мире. Он несет в себе идеи света и добра, утверждает торжество жизни над смертью и напоминает о Воскресении Иисуса Христа. Для русской культуры Пасха особенно значима: именно в России сформировалась самобытная традиция пасхального рассказа, где главными мотивами становятся любовь и милосердие, прощение, духовное обновление и путь человека к Богу. К этому жанру обращались многие авторы, в том числе классики конца XIX — начала XX века, чьи произведения собраны в данном издании. Рассказы Н. А. Лейкина, А. П. Чехова, И. А. Бунина, Л. Н. Андреева, А. И. Куприна и других писателей передают теплую атмосферу праздника, наполненную заботой о ближнем, и показывают, как Пасху встречали в разных уголках России. Ряд текстов, включенных в сборник, публикуется впервые по дореволюционным источникам.

В оформлении использованы старинные открытки и иллюстрации из периодической печати XIX — начала XX века. Книга рассчитана на самый широкий круг читателей и станет удачным подарком к светлому празднику Пасхи.

В бедной великорусской деревушке жил пожилой, уже шестидесятилетний священник — отец Иван Богоявленский. Никто не смог бы толком рассказать, с чего началась его судьба, каким было его детство и юность: сам он за давностью лет почти всё утратил в памяти, а жена, дети, родные и знакомые попросту этого не знали. Поэтому складывалось впечатление, будто у его жизни вовсе не было начала — и, возможно, не будет конца. Его существование напоминало длинный коридор с множеством наглухо закрытых дверей: впереди что-то распахивается, а позади — захлопывается и навсегда тонет в тишине…

Колобок? Баба-яга? Русалочка? Право слово, нам не десять лет! Взрослеют люди — взрослеют и сказки. Теперь это уже сложные герои, закрученные сюжеты, глубокие переживания и психологические драмы — всё в лучших литературных традициях.
Новое погружение «Глубины» — прекрасный повод поменять представление о том, что сказки — это что-то для детей.

Содержание:

01. Ольга Голотвина — Держись подальше от сказок(чит. Елена Федорив)
Аннотация: Ох, эти сказки… Надо бы держаться от них подальше… Но если это не получилось — не дай сказке сделать из тебя чудовище!

02.Генри Каттнер — Проблема квартирантов(чит. Михаил Прокопов)
У молодых супругов Эдди и Джекки снимал комнату мистер Хенчард. Супруги подмечали, что пожилой квартирант хранит у себя в комнате таинственную клетку, вечно накрытую кретоновой накидкой. Кто скрывается под ней оставалось только догадываться. Однажды мистер Хенчард собрался уехать из дому на несколько дней и строго наказал своим арендодателям не заглядывать под накидку, однако те не удержались перед соблазном, в очередной раз услышав подозрительные звуки в комнате загадочного соседа.

03.Нил Гейман — Дева и веретено(чит. Анфим Паньшин)
Казалось бы, эта сказка стара как мир: в день своего восемнадцатилетия юная принцесса уколется веретеном и заснет на сто лет, до тех пор, пока ее не разбудит прекрасный принц.… Но в этой истории все немного иначе. И сказок больше, чем одна, и герои иные, и злодеи не совсем сказочные. И финал не про «жили долго и счастливо».

04.Рюноскэ Акутагава — Винные черви(чит. Дмитрий Игнатьев)
Жил-был человек по имени Лю. Все у него было в порядке — на здоровье не жаловался, удача никогда не обходила его стороной, а его богатству завидовали все соседи. И лишь одна проблема беспокоила Лю — больше всего на свете он любил пить вино, но при этом совершенно не пьянел...

05.Лорд Дансени — Каркассон(чит. Олег Булдаков)
Однажды на пиру в замке лорд Каморак и его воины решили отправиться на поиски таинственного города Каркассон. Не мешкая, собрались они и вышли в путь...

06.Кир Булычёв — Недостойный богатырь(чит. Роман Панков)
Директор дома отдыха Дегустатов, обходя окрестности, находит очень необычную пещеру. Даже чудесную… Но некоторых и чудом не прошибёшь. Всё равно будут стараться сперва урвать побольше...

07.Леонид Андреев — Ослы(чит. Вадим Чернобельский)
Величайший певец Энрико Спаргетти обладал непревзойдённым даром — за его голосом готовы были следовать короли и императоры! Молва прозвала его «Орфеем» за эти удивительные способности. Но великого артиста оскорбляло подобное сравнение. И он задумал затмить мифического исполнителя...

08.Чарльз де Линт — Зима была суровой(чит. Владимир Овуор)
Однажды, зимним вечером, в Катакомбах Джилли наткнулась на необычных существ гемминов — духов-покровителей, которые собирают хорошие воспоминания и хранят добро необычных мест. Ей было интересно проводить с ними время, в их присутствии у неё на душе было легко и спокойно как никогда прежде. Но настанет время и гемминам придётся покинуть наш мир. Но кто знает, навсегда или нет?

09.Кен Лю — Удачной охоты!(чит. Павел Ломакин)
Китай проиграл войну Великобритании. Победители принесли с собой чудеса техники — железные дороги, паровые механизмы, аппараты, передающие речь по проводам. Древняя магия покидает землю. Мир стремительно меняется, и чтобы в нём выжить, нужно измениться самому.

10.Карел Чапек — Иосиф Египетский, или О толковании снов по Фрейду(чит. Юрий Гуржий)
Что было бы, если бы библейский толкователь снов Иосиф применял психоанализ?

11.Карел Чапек — Лазарь(чит. Юрий Гуржий)
Рассказ о реакции воскрешенного Лазаря и его сестер Марфы и Марии на новость об аресте Христа.

12.Уолтер Брукс — Полеты мисс Эммелин(чит. Светлана Шаклеина)
Мисс Эммелин Вальян пришлось уехать из фамильного дома, так как он был продан за долги. Новым владельцем стал мистер Моул.
Однажды мисс Эммелин вернулась в свой бывший дом за забытым в нем сундучком, принадлежавшим некогда ее не то пра-, не то прапрабабушке, которую казнили как ведьму. В этом сундуке она обнаружила металлическую коробку, наполненную какой-то мазью. Старушка и не подозревала, что это за мазь, но неумышленно испробовала ее действие на себе: с ее помощью мисс Эммелин могла летать!

В ранних, почти автобиографичных зарисовках угадываются будущие темы и типажи Андреева, а бедность и быт орловской Пушкарной слободы переданы с почти осязаемой достоверностью.

Леонид Андреев (1871–1919) известен как автор «Баргамота и Гараськи», «Иуды Искариота», «Красного смеха», «Жизни Василия Фивейского» и еще десятка повестей, рассказов и пьес. Но это лишь вершина айсберга, малая часть его литературного наследия. В томе, составленном Романом Сенчиным, собраны ранние, малоизвестные рассказы Андреева, которые он сам не включал в переиздания, но бережно хранил в своем архиве.

«В этой книге можно увидеть будущего знаменитого писателя, который уже почувствовал свои темы, нащупал свой язык, свои типажи, но еще не научился правильно писать, и потому во многих рассказах немало драгоценного сора.

Многие тексты предельно автобиографичны, написаны почти с натуры. Юношеская любовь, бедность, пьянство, гимназисты, студенты, жители орловской Пушкарной слободы – герои по-настоящему живые, слышна их речь. «Совсем сочинять не могу», – сетовал молодой Андреев. Позже смог научиться, но это уже совсем другая история…» (Роман Сенчин).

Колобок? Баба-яга? Русалочка? Право слово, нам не десять лет! Взрослеют люди — взрослеют и сказки. Теперь это уже сложные герои, закрученные сюжеты, глубокие переживания и психологические драмы — всё в лучших литературных традициях.
Новое погружение «Глубины» — прекрасный повод поменять представление о том, что сказки — это что-то для детей.

Содержание:

01. Ольга Голотвина — Держись подальше от сказок(чит. Елена Федорив)
Аннотация: Ох, эти сказки… Надо бы держаться от них подальше… Но если это не получилось — не дай сказке сделать из тебя чудовище!

02.Генри Каттнер — Проблема квартирантов(чит. Михаил Прокопов)
У молодых супругов Эдди и Джекки снимал комнату мистер Хенчард. Супруги подмечали, что пожилой квартирант хранит у себя в комнате таинственную клетку, вечно накрытую кретоновой накидкой. Кто скрывается под ней оставалось только догадываться. Однажды мистер Хенчард собрался уехать из дому на несколько дней и строго наказал своим арендодателям не заглядывать под накидку, однако те не удержались перед соблазном, в очередной раз услышав подозрительные звуки в комнате загадочного соседа.

03.Нил Гейман — Дева и веретено(чит. Анфим Паньшин)
Казалось бы, эта сказка стара как мир: в день своего восемнадцатилетия юная принцесса уколется веретеном и заснет на сто лет, до тех пор, пока ее не разбудит прекрасный принц.… Но в этой истории все немного иначе. И сказок больше, чем одна, и герои иные, и злодеи не совсем сказочные. И финал не про «жили долго и счастливо».

04.Рюноскэ Акутагава — Винные черви(чит. Дмитрий Игнатьев)
Жил-был человек по имени Лю. Все у него было в порядке — на здоровье не жаловался, удача никогда не обходила его стороной, а его богатству завидовали все соседи. И лишь одна проблема беспокоила Лю — больше всего на свете он любил пить вино, но при этом совершенно не пьянел...

05.Лорд Дансени — Каркассон(чит. Олег Булдаков)
Однажды на пиру в замке лорд Каморак и его воины решили отправиться на поиски таинственного города Каркассон. Не мешкая, собрались они и вышли в путь...

06.Кир Булычёв — Недостойный богатырь(чит. Роман Панков)
Директор дома отдыха Дегустатов, обходя окрестности, находит очень необычную пещеру. Даже чудесную… Но некоторых и чудом не прошибёшь. Всё равно будут стараться сперва урвать побольше...

07.Леонид Андреев — Ослы(чит. Вадим Чернобельский)
Величайший певец Энрико Спаргетти обладал непревзойдённым даром — за его голосом готовы были следовать короли и императоры! Молва прозвала его «Орфеем» за эти удивительные способности. Но великого артиста оскорбляло подобное сравнение. И он задумал затмить мифического исполнителя...

08.Чарльз де Линт — Зима была суровой(чит. Владимир Овуор)
Однажды, зимним вечером, в Катакомбах Джилли наткнулась на необычных существ гемминов — духов-покровителей, которые собирают хорошие воспоминания и хранят добро необычных мест. Ей было интересно проводить с ними время, в их присутствии у неё на душе было легко и спокойно как никогда прежде. Но настанет время и гемминам придётся покинуть наш мир. Но кто знает, навсегда или нет?

09.Кен Лю — Удачной охоты!(чит. Павел Ломакин)
Китай проиграл войну Великобритании. Победители принесли с собой чудеса техники — железные дороги, паровые механизмы, аппараты, передающие речь по проводам. Древняя магия покидает землю. Мир стремительно меняется, и чтобы в нём выжить, нужно измениться самому.

10.Карел Чапек — Иосиф Египетский, или О толковании снов по Фрейду(чит. Юрий Гуржий)
Что было бы, если бы библейский толкователь снов Иосиф применял психоанализ?

11.Карел Чапек — Лазарь(чит. Юрий Гуржий)
Рассказ о реакции воскрешенного Лазаря и его сестер Марфы и Марии на новость об аресте Христа.

12.Уолтер Брукс — Полеты мисс Эммелин(чит. Светлана Шаклеина)
Мисс Эммелин Вальян пришлось уехать из фамильного дома, так как он был продан за долги. Новым владельцем стал мистер Моул.
Однажды мисс Эммелин вернулась в свой бывший дом за забытым в нем сундучком, принадлежавшим некогда ее не то пра-, не то прапрабабушке, которую казнили как ведьму. В этом сундуке она обнаружила металлическую коробку, наполненную какой-то мазью. Старушка и не подозревала, что это за мазь, но неумышленно испробовала ее действие на себе: с ее помощью мисс Эммелин могла летать!

Дом присяжного поверенного Фёдора Ивановича Костомарова. Канун Нового года, вечер, в доме собрались гости.
На сцене — маленькая бабушкина комнатка, отделённая от парадных помещений, где идёт праздник, узким коридорчиком и дверью. Перед дверью — три ступени: дом очень старый, переживший немало переделок, и бабушкина комната устроена в пристройке. Сквозь неплотно прикрытую, возможно даже не запертую дверь доносится гул веселья: тапёр играет на пианино, танцуют, перекрикиваются. А у бабушки — тишина и неподвижный покой бесстрастной старости, тусклое мерцание цветных лампадок и маленькой лампы на столе. Кровать старухи и киот закрыты довольно высокими ширмами; за небольшим окном — январская лунная ночь, звонкая и безмолвная.

Сашке было невмоготу учиться в гимназии, а дома его встречали унылый отец и резкая, неласковая мать. Не умея смириться со злом вокруг, он срывался: лез в драки с однокашниками, дерзил начальству, рвал учебники, выводил в тетрадях карикатуры и обманывал всех, кроме отца. Однажды в сочельник состоятельные Свечниковы, устроившие его в гимназию, позвали мальчишку на рождественскую елку. Там, среди густых темных веток, он заметил воскового ангелочка.

Роскошный зал в древнем рыцарском замке, недавно обновлённый отделкой. Стены покрыты фресками; местами висят старинные, потемневшие полотна, вокруг — оружие и статуи. Повсюду сияют позолота, насыщенные тона мозаик и мягкая прозрачность витражных стёкол. Слева и частично по задней стене — три высоких окна с полуготовыми очертаниями, наполовину прикрытые тяжёлыми занавесями, расшитыми золотом. Задняя стена, делая прямой угол, уходит вглубь до линии невысоких двойных мраморных колонн, несущих верхнюю часть сооружения. За колоннами открывается очень светлая, просторная передняя; справа виднеются громадные входные двери. Там, где стена уходит в глубину, прямо напротив зрителя расположена широкая мраморная лестница с массивной балюстрадой, украшенной скульптурой; на уровне колонн лестница поворачивает вправо, ведя в другие покои. Над колоннами в стене — несколько небольших витражных окон, пронизанных ярким, сильным светом.

Иисуса Христа не раз предостерегали об Иуде Искариоте, человеке с крайне скверной репутацией, которого следовало опасаться. Некоторые ученики, бывавшие в Иудее, знали его лично; другие слышали о нем от множества людей — и не находилось никого, кто сказал бы о нем хоть что-нибудь хорошее. Добропорядочные осуждали его, называя корыстным, хитрым, склонным к лицемерию и обману; но и люди дурной славы, которых расспрашивали об Иуде, отзывались о нем еще беспощаднее. «Он нас без конца стравливает, — говорили они, сплевывая, — себе на уме, в дом пробирается тихо, как скорпион, а выходит оттуда с шумом…»