«Ревите сколько хотите! Брызни слюной, пламя! Лейся, ливень! Ни гром, ни дождь — не мои дочери: И в жестокости я их не виню; Я не вручал им царство и не называл детьми, — Значит, и повиноваться мне они не обязаны. Ну же, Устройте вашу страшную забаву! Вот я стою: Больной, несчастный, презренный старик, А вы — прислужники и льстецы моих дочерей-злодеек — вместе с ними с небес обрушиваете удары на мою седую голову, такую же старую, как и я. О, какой позор!..»