Психологическая семейная сага Григория Ряжского «Четыре Любови» — чрезвычайно драматичное по накалу и захватывающее по сюжету повествование.
В центре внимания — отношения между главным героем и четырьмя его женщинами, которых по воле судьбы или по воле случая всех звали Любовями: и мать Любовь Львовна, и первая жена Любаша, и вторая жена Люба, и приемная дочь Люба-маленькая…
И с каждой из них у главного героя — своя связь, своя история, своя драма любви к Любови…

Ле-ев!.. Лев Ильи-и-и-ч!.. Ле-е-ва-а!
Был десятый час вечера, между двадцатью пятью минутами и половиной, и солнце по обыкновению коснулось в этот момент торца левого столба, что у ворот, того самого, откуда начинался штакетник. Лева знал, что еще самая малость и оно присядет на край забора, на минутку, не более того, потому что еще через мгновение начнет заваливаться ниже, к верхней сучковатой перекладине, а потом - и ко второй, нижней, той, что почти у земли. Но к этому моменту отсюда, со второго этажа дачи, из его, Левиного кабинета, солнца будет практически не видно. Там его перекроет куст красной смородины, последний из тех, что сажала Любовь Львовна, Левина мать. И хотя она обычно лишь руководила посадкой, в семье заведено было считать, что главный по растениям, как, впрочем, и во всем остальном, - она. Лев Ильич любил эту ежегодную свою летнюю повинность - нет, не сажать и копать, а вообще - проживать с матерью и семьей дачный кусок жизни. Это было его любимое время, особенно в конце июня, когда солнечный диск перед самым закатом внезапно загустевал розовым, и в момент касания о небо, в той самой недолгой точке, совпадавшей с воротным столбом, горизонт тоже становился розовым, однако уже не таким густым и сочным. Лева не посвящал в свою поэтическую тайну (вообще-то вполне профессиональное знание: всякий киношник осведомлен о получасовом освещении, на профессиональном жаргоне - "режим", когда дважды в сутки небо розовеет и надо успеть снять самый красивый кадр) никого, даже самых близких: жену Любу и падчерицу, тоже Любу, Любочку, или, как называли ее в семье, - Любу Маленькую.

– Хай! – Она обворожительно улыбнулась и взяла из его рук посадочный талон. От нее пахло заграницей. Бросив на листок быстрый взгляд, улыбнулась еще шире, разбавив улыбку многозначительным кивком головы, и сказала:
– Ферст класс, зыз уэй, плииз, сэр, – и указала рукой на закрученную спиралью лестницу, ведущую на второй, верхний, уровень самолета.
Армен тоже широко улыбнулся в ответ и стал подниматься по красному лестничному ковру. Туда же, вслед за ним, не показывая своего задохнувшегося от такого дела вида, направились и Серега с Кимом. Мыриков автоматически последовал было за ними, но был вежливо остановлен стюардессой.

…Они познакомились на дороге, в колонне пленных, среди женщин, стариков и детей, которых на рассвете должны расстрелять — молодой солдатик, загорелый паренек и тоненькая кареглазая девушка. Волею мечты они перенеслись в другой мир, где нет войны и лагеря смерти, где есть все, что делает жизнь человека прекрасной. Они сочинили свое будущее, которому никогда не суждено сбыться…
Работая над пьесой, Галич решил использовать одновременно и стихотворную, и прозаическую форму: смерть людей, которых вели в концлагерь на уничтожение, написать прозой, а остальные эпизоды — когда главные герои мечтают о своем будущем, если они останутся в живых, — стихами. (с)

Режиссёр (радио) — Алексей Серов.
Композитор — Яна Лобахина.
Продюсер — Ольга Золотцева.
Саунд-продюсер – Яна Лобахина. В рамках проекта «Человек и история». Автор проекта – Марина Багдасарян
Исполнители:
От автора — ;
Девушка, она же Варя — ;
Солдат, он же Илья — ;
Паренёк, он же Глеб — ;
а также — .

Доп. информация:
Запись эфира "Радио Культура" 13-14 февраля 2016 г.