Григорий Васильевич положил тонкую папку передо мной и я ощутил себя важной персоной, беря её почти дрожащей рукой. Честно говоря, я совсем неопытный, только что окончил университет. Раньше мне приходилось писать про всякую мелочь, вроде оценки качества продуктов в магазинах или сплетен пожилых дам из старого района нашего города. Я всегда старался писать с максимальным усердием и серьёзностью. И вот, похоже, мне наконец повезло. Меня пригласил сам главный редактор издания, которое иногда публиковало мои небольшие статьи.

Григорий Васильевич положил тонкую папку передо мной и я ощутил себя важной персоной, беря её почти дрожащей рукой. Честно говоря, я совсем неопытный, только что окончил университет. Раньше мне приходилось писать про всякую мелочь, вроде оценки качества продуктов в магазинах или сплетен пожилых дам из старого района нашего города. Я всегда старался писать с максимальным усердием и серьёзностью. И вот, похоже, мне наконец повезло. Меня пригласил сам главный редактор издания, которое иногда публиковало мои небольшие статьи.

Все несчастья и катастрофы, которые сейчас происходят в мире, начались с того момента, когда одна женщина дала им выход. Я ясно помню тот день...

После развода молодая женщина снимает дешёвую крошечную квартиру, которая кажется спасением в безвыходной ситуации. Но очень скоро становится ясно, что у этого места есть свои пугающие правила, а обычный на первый взгляд телевизор превращается в источник нарастающего ужаса.

Максима метель настигла в пути, а бензин уже подходил к концу. Навигатор уверял, что на съезде к маленькой деревне есть круглосуточная заправка — лишь бы дотянуть, думал он про себя. Подъехав, Максим вышел из машины и, щурясь от колючего снега, направился к входу. На двери висел обрывок картона с надписью, выведенной чёрным маркером: «Закрыто». Немного поразмыслив, он решил переждать здесь: топлива должно было хватить, чтобы обогревать салон ещё несколько часов.

Дверь. Albertia Inodorum.
«Меня зовут Андрей Степанович Барсуков, 1946 года рождения. Пенсионер. Вдовец. Детей нет. Это письмо я кладу в ящик к Вам, Зинаида Ивановна, чтобы вы знали: я не исчез, я не умер и не сошёл с ума, у меня всё хорошо, и что я решился войти в дверь..."

За ливнем. Аделаида Агурина.
"...-Он все еще там? – Елена Петровна повернула голову к окну. Уже два десятка лет как она различала лишь тьму да свет, поэтому, конечно, не смогла бы никак увидеть, наблюдается ли за окнами скорбная фигура или нет.
-Стоит, - хмыкнула Елизавета Павловна. - и снова ливень, хотя еще недавно и намека не было. Правда, странно?..."

Не один. Артём Артёмов.
Можно сколько угодно перебирать страшные истории, в попытках найти самую страшную. А можно просто посмотреть вокруг.
Только посмотреть так, чтобы увидеть...

Сейчас он лежит в моём столе, пожелтевший, с полустёртыми буквами и цифрами, словно пудра, стёртая с женской щеки после поцелуя. Он хранит чёткие складки, которые поддерживает пластик файла, в который он вложен. Это самый обычный билет с запада на восток и именно поэтому он настоящий. Почему я его храню? Вероятно, как напоминание о том, что тот жаркий летний день действительно был.

Сквозь старинные деревянные дома продувал ветер, заставляя скрипеть и захлопываться ворота и калитки. Порывы воздуха раздували огонь костра, пылающего в центре одного из дворов, отправляя оранжевые искры в ночное небо. Вокруг слышались пьяные крики и свист, звучала гармоника и расстроенная гитара.

Вот что делать в этой деревне летом? Компьютера у бабушки с дедушкой не было. Из своих гаджетов Илье разрешили взять только смартфон. Он был большой, с хорошим экраном, но ведь не поиграешь особо, да и Пинету свободно не посёрфить. В общем, Илья уже был готов к тому, что совсем пропало лето.

Будильник прозвенел ровно в 8 утра. Веселая новогодняя песенка для детей начала играть, нарушая тишину. Варя провела эту ночь беспокойно, размышляя, мечтая и пытаясь предугадать будущее. В 12 лет она впервые сделала куклу из шерсти, которой дома было много благодаря бабушкиному увлечению вязанием. Свое первое творение она никому не показала из-за смущения, кроме бабушки, самому близкому человеку.

Сюжет разворачивается вокруг человека, который оказывается «вычеркнут» из реальности. Главный герой сталкивается с пугающим феноменом: мир вокруг продолжает функционировать, но сам он становится невидимым для общества и цифровых систем — своего рода живой «ошибкой 404».

Будильник прозвенел ровно в 8 утра. Веселая новогодняя песенка для детей начала играть, нарушая тишину. Варя провела эту ночь беспокойно, размышляя, мечтая и пытаясь предугадать будущее. В 12 лет она впервые сделала куклу из шерсти, которой дома было много благодаря бабушкиному увлечению вязанием. Свое первое творение она никому не показала из-за смущения, кроме бабушки, самому близкому человеку.

Это глубокое и мрачное тёмное фэнтези, выворачивающее каноны жанра наизнанку.
В центре сюжета — юный принц, родившийся в мире, где физическое уродство и магическая сила неразрывно связаны.

Дед Мороз осуществляет добрые желания послушных детей. Его голос немного хриплый и звучит как-будто издалека, словно через слой ваты. У тебя доброе желание, малыш? Я стараюсь стать как можно незаметнее, сжавшись на полу в углу комнаты. От его вопроса мне становится холодно и страшно. Он нашёл меня.

У каждого из нас есть свои небольшие тайны. Они могут быть связаны со стыдом или неприятными воспоминаниями. Некоторые секреты безвредны, но мы всё равно предпочитаем их никому не раскрывать. Кто-то делится ими сразу, а кто-то носит в себе годами. Если вы все-таки решите рассказать о них, зачастую это окажусь я. Причин для этого может быть множество.

Главная героиня Маша живет в крестьянской семье, и со стороны её брак кажется на редкость удачным: заботливая свекровь, уважающий её муж. Однако за благополучным фасадом скрывается мрачная тайна. Две предыдущие дочери Маши погибли при странных и пугающих обстоятельствах. Когда героиня готовится к рождению третьего ребенка, тревога нарастает, а в истории начинают проявляться элементы фольклорного ужаса и мистики.

Главный герой получает в наследство от странного и нелюдимого дяди старый дом. Среди личных вещей он обнаруживает дневник, записи в котором поначалу кажутся лишь плодом больного воображения или признаком безумия. Однако, чем больше герой погружается в чтение, тем отчетливее осознает: описанные в тетради жуткие ритуалы и потусторонние существа — не выдумка, а реальная угроза...

Сначала шум на улице не привлёк моего внимания. Ну, шум и шум, мало ли кто там может быть. Хотя наша деревня и небольшая, и людей здесь немного, но всё же она не пустая, и какая-то активность всегда есть. Но когда шум переместился во двор, мне пришлось вмешаться. Открыв дверь, я увидел весёлую компанию, весело проходящую через калитку.

У меня есть две новости: хорошая и плохая. Утро было далеко не добрым, но мысль о хорошей новости меня немного приободрила. Кошка оставила неприятный сюрприз на кровати. Я осознал, что у меня нет ничего съестного на завтрак. Ударился головой о дверцу кухонного шкафчика, пролил кофе, случайно наступил на кошку и потерял ключи...

Эти мерзкие и злые существа! Сколько это может продолжаться? Я больше не выдерживаю, не могу терпеть. Пашка прикусил грязный кулак, чтобы его прерывистые всхлипы не выдали ненадёжное укрытие. Эмоции душили его изнутри, вызывая спазмы в горле. Слёзы обжигали глаза и кожу. Сердце бешено колотилось, затрудняя дыхание. Совсем близко, за металлической дверью и тонкой крышей, раздавался звук шаркающих ног, тяжёлое дыхание и азартные крики группы...

Группа школьников арендовала дом в деревне для пикника с шашлыками. Однако деревня оказалась необычайно безлюдной. Или, возможно, за этой пустотой скрывается древний ужас из самых страшных кошмаров?

Олег Зорин и Лена Гордеева окончили 9 класс в сельской школе в центральной части России. Они близкие друзья, но Олег уже давно испытывает к Лене романтические чувства, о которых она, вероятно, не знает и не воспринимает его намеки всерьез. Ситуация довольно типичная, не так ли? Однако ночь после выпускного обещает быть насыщенной событиями, включая неожиданные и мистические, которые помогут героям переосмыслить свои отношения и взгляды на жизнь.

Если бы потеря головного убора была олимпийской дисциплиной, я бы наверняка стал чемпионом хотя бы раз. Раньше мне это казалось забавным, но теперь совсем не смешно.
Я вспоминаю свой "рекорд". Однажды вечером в будний день, находясь в торговом центре с другом, я заметил стильную шапку модели "контрацептив". Я сразу же купил её и отправился вниз по эскалатору к выходу. На эскалаторе я решил примерить покупку, чтобы быть готовым к холодной погоде, но что-то пошло не так. Подробности уже стерлись из памяти, хотя и тогда я их смутно помнил. Мы вернулись в магазин, обошли его вдоль и поперек, расспросили продавцов, но шапка так и не нашлась. Я хотел купить аналогичную, но, к сожалению, та была последней в наличии.

Крик молодой женщины, полный паники, прорвался сквозь толпу возле здания Сберкассы. Она утверждала, что положила кошелёк в карман своей вязанной кофты, но после выхода из помещения его не оказалось на месте. Женщина демонстрировала окружающим пустой карман, привлекая внимание сочувствующих людей, быстро собравшихся вокруг неё.