– Я сейчас папу позову! Это его дом! – надрывается мелкая нахалка, пролезшая на мой участок, и грозится кому-то по ту сторону забора. – Он тебе устроит! Так что лучше убегай!

У меня от такой уверенности брови сами лезут вверх.

– Значит, папу зовешь? – подаю голос у нее за спиной.

Она вздрагивает и оборачивается, но все равно продолжает кричать в сторону невидимого противника:

– Все! Мой папочка уже здесь! Сейчас тебе будет плохо! Беги!

А мне вполголоса выдает приказ:

– Ты будешь моим папочкой!

Взгляд у нее упрямый, будто решение уже принято за нас обоих.

– С какой стати мне на это подписываться?

– Потому что если узнают, что я мамина дочка, маму выгонят с работы. Я слышала, как она сказала тете: если ее уволят… – малышка округляет глаза для убедительности, – ей конец.

На свою голову я вмешался и заступился за дерзкую девчонку, которая вломилась ко мне на участок. Почему-то окружающие тут же решили, что она и правда моя дочь. И очень скоро это недоразумение оборачивается проблемами: теперь уже мне приходится уговаривать ее сыграть роль моей «дочки» по-настоящему.

А окончательно все летит кувырком, когда я узнаю, кто ее мама.

— А ну, марш отсюда! — отчитываю всхлипывающую кроху. До сих пор не понимаю, как она умудрилась пробраться в мой недавно купленный дом.
— Не уйду, пока жвачку не дашь! — упрямо заявляет она, хмурится и сердито топает ногой. Кто бы мог подумать, что даже в забытой богом деревушке меня попытаются «развести» на взятку — и сделает это маленькая девчонка.

— И что ты вообще здесь делаешь? — стараюсь говорить построже.
— Гномиков жду! А что мне ещё делать?! Жвачный гномик придёт, оставит жвачку — тогда уйду.

Выбора нет, приходится выкручиваться.
— Считай, гномик уже пришёл, — говорю ей.
— Где-е?! — она округляет глаза и вертит головой по сторонам.
— Вот, — показываю на себя. — Я даже лучше: держи сразу несколько.

Малышка подозрительно щурится.
— А может, ты ещё и папой моим станешь?

Я уехал из столицы в глухую деревню, чтобы передохнуть от дел, интриг и бесконечной гонки. Хотел тишины, купил дом на окраине — но спокойствия не вышло. Заброшенный дом давно облюбовала местная детвора, а одна особенно бойкая девочка ещё и вымогательством промышляет. И самое интересное — кто её мать.

– Помогите… – тоненько, с дрожью от холода, шепчет малышка, переминаясь босыми ножками на ледяном бетонном полу.
– Мамочка там, – она показывает пальчиком на балконную дверь в квартиру. Дым из щели в проеме валит всё плотнее. – Спасите маму!

В ее голосе столько отчаяния, что пройти мимо невозможно. Я уже поднялся к ней на третий этаж.

Городская прогулка с мэром под вспышки камер внезапно превращается в ЧП. Предвыборный пиар летит к черту. Мэр злится. А ведь она собирается довести наши отношения до свадьбы. Для моего бизнеса согласиться было бы выгодно. Но есть одно «но»…

Мать девочки увозят в больницу, а ребенок остается у меня на руках. И правда о ее отце выбивает почву из-под ног.

– Ты меня лаздовил! Умилаю! – маленькая девочка закатывает глаза.Малышка лежит на асфальте и притворяется, будто я сбил ее машиной.Тело скрючено, лицо корчит, язык высунут.– Не верю, – тихо хмыкаю.После моего намека на полицию, маленькая мошенница резко встает и убегает. У очевидцев глаза навыкате от удивления. Они то думали, я на самом деле ребенка сбил.Но мне не до смеха. Из тачки пропали кошелек и важные документы. И чтобы выйти на сообщников малышки, приходится ее догнать.– Мне нельзя в полицию! – в отчаянии кричит девчушка. – Они натлавят злые олганы опеки! А мне за мамой ухаживать нужно!Погнавшись за девочкой, еще не знал, что она приведет меня к той, которую старался давно забыть, но не получалось. А малявка окажется ее дочкой.

Девочка по имени Аня пишет письмо Деду Морозу, в котором просит не подарки, а помощи в поиске своего давно потерянного отца. Она верит в чудеса, которые происходят в Новый год, и надеется, что волшебство поможет ей воссоединиться с папой. Аня украшает письмо рисунками и сердечками, чтобы оно понравилось Деду Морозу. Затем она берет с собой плюшевого щенка по имени Буся, фонарик и рюкзак, чтобы отправиться в лес на поиски отца. Несмотря на метель и темноту, девочка решает действовать, надеясь на новогоднее чудо.

– Мамочка! – прилипнув к стеклу лицом, жалобно плачет девочка. – У нее тяжелое состояние, – рассказывает врач про мать ребенка. – И ей пока нельзя принимать посетителей. Придется вашей дочке потерпеть. Дочке?Она приняла меня за ее отца?– Вот эта девочка! – кричит какой-то мужчина в халате и указывает на Бельчонка. – Думал, сбежала. Малышка тут же отлипает от стекла. Смотрит на парочку испуганными глазами. А потом вцепляется в меня мертвой хваткой. – Я не хочу в детдом!Смотрит жалобными глазами, ища во мне защитника. И что же мне с тобой делать?Решив помочь маленькой девочке добраться до больницы, я и подумать не мог, что ее мама – та самая девушка, которую я любил больше жизни. И которая бросила меня семь лет назад.